США сняли часть санкций против гражданской авиации России

Министерство финансов США выпустило генеральную лицензию, разрешающую проводить операции с некоторыми российскими компаниями для обеспечения безопасности полётов гражданской авиации.

 

«В интересах обеспечения безопасности гражданской авиации разрешены все операции с ранее попавшими под санкционные ограничения компаниями, необходимые для обеспечения поставок, экспорта или реэкспорта товаров, технологий или услуг», – говорится в документе.

При этом оговаривается, что ВС должно быть зарегистрировано в юрисдикции, находящейся исключительно за пределами Российской Федерации, а также что товары, технологии или услуги, которые предоставляются, экспортируются или реэкспортируются, предназначены для использования на ВС, эксплуатируемых исключительно в целях гражданской авиации.

Послабления вводятся для ОАК, ПАО «Туполев», корпорации «Иркут» и связанных с ней фирм, АК им. С. В. Ильюшина и его финансовых партнёров, ТАНТК им. Бериева, ЛИИ им. Громова и других юридических лиц.

Смягчение санкционного режима по-прежнему не предполагает осуществление финансовых операций при участии Банка России, Фонда национального благосостояния РФ и Министерства финансов РФ.

В настоящее время 2026 года, «мутное послабление» — и по факту почти сразу стало нерабочим для реальных задач отрасли.

Смотри, как это сошлось с тем, что реально происходило в парке:

  • Регистрация ушла внутрь. Та как зарубежные борта массово перерегистрировали в российский реестр. А лицензия OFAC № 40C работала только для судов, зарегистрированных за пределами России. Как только регистрация сменилась — послабление перестало касаться этих машин.
  • Парк пошёл на поддержание ресурса. Часть флота начали разбирать на запчасти, чтобы поддерживать лётную годность оставшихся бортов. Это как раз и было ответом на то, что легальные цепочки поставок через такие лицензии фактически закрылись.
  • Узкие места не закрылись. Лицензия не трогала финансовые запреты (корсчета, платежи через ЦБ, ФНБ и т. д.) и не распространялась на компании и людей вне списка. То есть даже при желании провести законную поставку было почти невозможно.

Лицензия OFAC № 40C формально снижала неопределённость для поставок под безопасность полётов, но её действие было ограничено судами иностранной регистрации и не затрагивало финансовые запреты. В условиях массовой перерегистрации парка в России и необходимости поддержания ресурса за счёт разборки части бортов практическое значение послабления оказалось минимальным...

Поэтому сегодня эта лицензия — это уже не инструмент, а исторический маркер: она показала, что «точечные исключения ради безопасности» возможны, но они не решают системных проблем, если не сняты барьеры по финансам и логистике.

По теме: